– Это я довел тебя, а не гормоны. Джо нахмурилась.

– Надеюсь, ты не станешь предлагать какуюнибудь глупость, вроде женитьбы? – настороженно спросила она. – Я многим готова пожертвовать ради своего ребенка, но всему есть предел.

Наступило молчание, во время которого Лайам както странно посмотрел на нее.

– В иных кругах меня считают завидной партией, – наконец сказал он.

Она с облегчением рассмеялась: юмор ему не изменил.

– Я слишком хорошо тебя знаю. Надеюсь, ты будешь вести себя разумно.

– Разумно? То есть не сделаю тебе предложения?

– Вот именно. – Она сморщила носик. – Конечно, существует и платонический брак, основанный на дружбе, по взаимному согласию… Но мне, знаешь, хотелось бы немного… огонька в супружеской жизни. Если я вообще когданибудь выйду замуж.

– Может, ты рассчитываешь высечь искру из Джастина Вуда? Я бы сказал, он относится к категории огнеупорных.

– Не понимаю, что ты имеешь против Джастина, – проворчала она.

– А я не понимаю, что ты в нем нашла! И никогда не понимал. И не знаю, чего ради ты за него заступаешься. Он ведь тебя послал после… сколько у вас продолжалось это ваше страстное увлечение?

– Ты прекрасно знаешь, что я встречалась с Джастином два года. А что ты скажешь, если я начну перемывать косточки твоим подружкам?

– Можно подумать, ты этого никогда не делала! А кто сказал, что Танина фигура обязана скорее силикону, чем природе?

– Это которая? Не припомню. Конечно, коекто мог бы сказать, что тебе недостает постоянства, но только не я…

– Язычок у тебя хуже змеиного жала. – Невеселая улыбка сползла с его лица. Он соскользнул с дивана и встал перед Джо на колени. – В таком положении шутками не отделаться, Джо. – Он крепко сжал ладонями ее руки. – Ты как ледышка. – Он начал растирать ей пальцы. – Я думаю, что нам надо договориться о коекаких формальностях относительно ребенка.