– Такой вариант вообще не рассматривался, так что не имеет значения, за кого я тебя принимаю. – Она опять сникла.

– Это имеет значение для меня.

– Лайам, мне больно!

Он опустил взгляд и с удивлением увидел ее маленькие, хрупкие руки в беспощадных тисках своих пальцев.

– Извини. – Он тяжело дышал, грудь вздымалась и опускалась. Наконец он отпустил ее. – Я не позволю тебе отстранить меня, Джо.

– А с чего ты взял, будто я пытаюсь тебя отстранять? – Она произнесла это без запинки. – Конечно, это твой ребенок, и он или она будет знать об этом, и тебя будет знать, Лайам. Наша с тобой дружба всегда была очень важна для меня. – Голос у нее вдруг стал хриплым. – Но нам надо быть разумными. Ребенок не входил в наши планы. Ты не собирался становиться отцом. По крайней мере, моего ребенка. – Острая боль пронзила ее, но голос не дрогнул. – Я понимаю, мы не можем притворяться, будто ничего не произошло, но мы ведь и не можем сделать вид, будто внезапно влюбились друг в друга. – Она печально улыбнулась. – Хотя твоя мама была бы счастлива…

Доводы были неопровержимыми. И всетаки Лайам испытывал тягостное чувство неудовлетворенности.

– Тебе одной не справиться. Джо пожала плечами.

– Справляются же люди, даже при меньшей, чем у меня, поддержке родных.

– А как после… после?..

– Родов? – подсказала она. Он затряс головой, как будто сама мысль еще казалась ему не правдоподобной. – Не беспокойся, – мягко проговорила она, – ты привыкнешь. – Лайам диковато глянул на нее. – Я же привыкла. Я здорова и могу работать до конца. А потом я договорилась с друзьями насчет няни на троих.

– Ты уже все продумала? – Он смотрел на нее так, будто видел впервые.

– А что же мне, зарываться головой в песок?

– А тебе не приходило в голову, что я могу захотеть помочь?

– Ты? – Если она сейчас засмеется, у нее начнется истерика. – Иззвини, давай будем трезво смотреть на вещи. Твой образ жизни не очень приспособлен к воспитанию детей. Ребенка нельзя таскать с собой как багаж, тут еще коечто требуется.